USD 05.08.2020 73.3806 -0.7780
USD ММВБ 00:05 74.0426  
EUR 05.08.2020 86.5011 -0.7242
EUR ММВБ 00:05 87.0580  
Нефть($) 04.08.2020 44.42 +1.02
Нефть(p) 04.08.2020 3259.57 +41.09

Эти люди больше не смогут менять имена в паспортах

Писатель и журналист Марина Ахмедова на своей странице в Facebook рассказала о том, как встречалась с трансгендерными людьми, а также что им грозит, если поправки в Семейный кодекс, которые предлагает внести Елена Мизулина, вступят в силу.

Вчера я встречалась с трансгендерными людьми. Я сама была полна каких-то стереотипов и думала, ко мне сейчас придут крикливые люди, активисты каких-нибудь движений, от поддержки которых я далека.

И вот они начали приходить – запуганные, в бесформенной одежде. Когда они садились за столик передо мной, у них тряслись руки. Они боялись меня, боялись рассказывать о себе, оглядывались по сторонам – чтобы никто не слышал. Они бы и не пришли, если б не одно обстоятельство.

Они объясняли мне, что я их всё равно не пойму. Могу только попытаться, если представлю, как бы я себя чувствовала, если бы проснулась завтра и обнаружила себя в мужском теле. Я бы ходила по улицам, чувствуя себя невидимкой, ведь никто не видит, что я – девочка. Чувствовала бы себя человеком, запертым в футляр.

Один парень рассказал мне, как его судили на семейном совете. Сидели на кухне – мама, папа, бабушка и брат. Он тогда был девочкой. Прошёл комиссию, которая подтвердила у него диагноз – F64.0 «Транссексуализм». Мама кричала, бабушка иногда поддакивала, папа всё время молчал, брат боялся признать, что он сестру поддерживает.

Их старший ребёнок – тогда ещё она – плакал, потом закричал: «Вы причиняете мне огромную боль! Вы не любите меня!». Мама сказала, что покончит с собой. Ребёнок ещё старался быть таким, каким должен, чтобы мама была жива, но всё равно стал мальчиком. И сидел передо мной в бесформенной клетчатой рубахе, с бородой и слезящимися глазами.

Они пугливо говорили, что не хотят высовываться, не принадлежат никаким движениям, не хотят ничего пропагандировать. Они хотят забыть о прошлом и жить в настоящем. Особенно молодой учёный. Сейчас он ещё учится. Каждый раз отправляясь на занятия, он боится, что его тайна раскроется. Однокурсники узнают, что он родился девочкой, начнут над ним издеваться и бить. А пока он – подающий большие надежды физик, который хотел бы остаться работать в России.

Они говорили, что я никогда не смогу посмотреть на окружающий мир их глазами. Они всегда готовы получить тычок в спину или плевок в лицо за то, что он – слишком женственный парень, а она – слишком мужиковатая девушка. Такое случалось с ними постоянно в метро и на улицах раньше и во время перехода. Они говорили, что я не могу себе представить, как с ними общаются полицейские или охранники (а некоторые работают курьерами), когда открывают паспорт мальчика, а там написано, например, Ирина Алексеева. Не могу представить вопросов, которые им с насмешкой задают, и боль, которую эти вопросы вызывают.

Вы уже слышали о поправках, которые Мизулина и группа иных сенаторов планируют внедрить пакетом в Семейный кодекс. Согласно одной из них, эти люди больше не смогут менять имена в паспортах. По закону им будет разрешено менять пол в соответствии с диагнозом, но имена в документах им не поменяют.

Мои вчерашние собеседники сказали мне, что они – либо совершат самоубийство, либо уедут из страны, которую тоже любят. Но ещё в том пакете есть норма, согласно которой документы, выданные им после смены пола, подлежат возврату и замене на соответствующие прежнему полу.

Последним пришёл мужчина. Он не хотел ни с кем из других пересекаться. Он не хотел, чтобы его видел кто-то, кроме меня. Ему было лет сорок, выглядел он брутально, вёл себя брутально. Ворот его рубахи был расстёгнут, и я видела большой православный крест.

«Я так не хочу вам это все рассказывать, – начал он. – Но у меня нет выбора. У меня на руках папа с деменцией и в опеке маленькая дочь сестры. По новому пакету, я не могу быть опекуном своей племянницы. Её заберут в детдом».

Он сказал, что родился с недоразвитыми женскими половыми органами, много времени провёл в реанимациях, пока врачи не решили: «Это, кажется, всё-таки мужчина». И тогда он вздохнул с облегчением – он не сумасшедший и не зря всегда мыслил себя мужчиной.

«А вы знаете, что официальная позиция церкви, скорее, против таких, как вы?» – спросила я, глядя на его крест.

«А я ничего против церкви не сделал, – ответил он. – Я – мужчина».

Недавно он стал крёстным. Но сначала отозвал батюшку в сторонку и всё ему тихонько рассказал. «Документы выправил на мужское имя?» – шёпотом спросил священник, наклонившись к уху. «Да…» – ответил он. «Ну и всё», – ещё тише сказал священник.

Все новости рубрики

    следующая
    следующая
    Все новости
    все блоги
    YouDo в Санкт-Петербурге

    Лучшее в Петербурге

    «Венера», «Пётр I», «Иван Грозный» и «Мефистофель»: семь шедевров из коллекции Русского музея

    Несколько экспонатов одной из главных сокровищниц Северной столицы, которые обязан увидеть каждый.

    «84 сыра», «Пять углов», «Лососиная»: топ-5 мест с необычной пиццей в Петербурге

    Пицца из «Черепашек-ниндзя» от самого Крэнга, огромный треугольник-пепперони на четверых, бар в гангстерском стиле с шотами, а также другие места с пиццей, в которых стоит побывать.

    Львиный мост на канале Грибоедова: балерины, их поклонники и дореволюционные риелторы

    Подробности создания одного из пешеходных цепных мостов, появившихся в Петербурге два века назад.

    Как это сделано

    написать письмо

    Кофе из глины и сливки с мелом: как в царское время подделывали продукты

    Принято считать, что до изобретения консервантов и ароматизаторов вся еда была натуральная. Но фальсификация продуктов ещё в царской России была настоящей проблемой.

    Проверено на себе

    Шесть главных марафонов мира: как пробежать и кто добежал

    В мире бега бесконечное количество стартов: от нескольких метров до тысяч километров, от стадионов до горных вершин. Забеги объединяются, разъединяются, меняют названия, дистанции, логотипы и спонсоров, но самой популярной серией марафонов уже несколько лет остается World Marathon Majors – шесть главных забегов мира, которые объединились, чтобы объединять других.

    Гид по Петербургу

    Эклектика в Петербурге: средневековые башни, атланты, грифоны, пауки, всё сразу

    Яркий архитектурный стиль, который дал свободу зодчим и досыта накормил заказчиков всевозможными диковинными элементами при строительстве и перепланировке домов.

    Пресс-релизы