USD 28.12.2019 62.0315 +0.2639
USD ММВБ 00:05 68.8084  
EUR 28.12.2019 69.0349 +0.5346
EUR ММВБ 00:05 76.9226  
Нефть($) 03.06.2020 39.39 0.71
Нефть(p) 03.06.2020 2443.42 +54.25

Приток мозгов

Утечка мозгов — тема болезненная для России. По некоторым оценкам, ежегодно из России уезжают 5-6 тыс. научных работников. Еще столько же работают за границей по контрактам. Однако движение умов не носит односторонний характер. Часть ученых, хотя и небольшая, возвращается в Россию. Едут работать в российские инновационные компании и иностранцы.

В компании BIOCAD немало научных сотрудников, которые в свое время уехали из страны, успешно строили карьеру на Западе, а потом вернулись в Россию. Среди них, например, вице-президент по разработкам и исследованиям Роман Иванов. В 2000 году он уехал в Нидерланды, где занимался разработкой методов иммуногенотерапии в онкогематологии в Медицинском центре Университета Утрехта. В 2005-м  Роман принял предложение BIOCAD занять пост медицинского директора, сейчас руководит R&D в статусе вице-президента компании.

Большинство сотрудников BIOCAD, имеющих опыт работы в международных научно-исследовательских лабораториях, уезжали за рубеж, чтобы пройти обучение и получить степень PhD или же работать на позиции Postdoc по контракту. Так, нынешний завлабораторией молекулярной генетики BIOCAD защитил диссертацию по онкологии в Медицинской школе Массачусетского университета, занимался исследованиями в National Institutes of Health. После 11 лет жизни в США решил вернуться в Россию и продолжить работу по своей тематике. Обратился в BIOCAD и в 2014 году получил предложение возглавить лабораторию.

Другой сотрудник — химик-синтетик химического департамента ранее работала постдоком в Университете Сан-Паулу (Бразилия). Получив предложение BIOCAD, разорвала контракт, решив, что «в России интереснее задачи, больше конкретики и реальные сроки достижения результата».

Еще одного ученого-химика, работавшего в Южной Корее в Корейском институте химической технологии (Тэчжон) и имеющего опыт исследовательской работы в Швеции, США, Бельгии, компания нашла через сеть LinkedIn. Впрочем, в его истории возвращения в Россию решающим аргументом стали семейные обстоятельства — престарелая мать.

В компании работают и иностранцы. Например, один из специалистов по биоинформатике — канадец с украинскими корнями, прежде работал Бельгии. В 2015-м приехал в Россию. По его словам, привлекла возможность наиболее широко себя реализовать — направление биоинформатики в России активно развивается. Кроме того, заинтересовала работа в молодой динамичной компании, где есть полный цикл производства. Не последнюю роль сыграло и желание лучше узнать славянскую страну, с которой он связан этническими корнями.

Условия переезда

 

Конечно, все истории переезда индивидуальны, но по большому счету «приток мозгов» идет именно потому, что в России сейчас развиваются научно-исследовательские направления, а значит, есть куда вернуться и где применить полученные знания, считает вице-президент по HR BIOCAD Александра Глазкова. «Сейчас мы общаемся с кандидатами, которые 10—15 и даже 20 лет живут и работают за рубежом, но хотят вернуться в Россию. Основной мотив — желание жить в своей стране», - рассказывает Глазкова. 

По словам Александры, условия переезда обсуждаются с каждым индивидуально. Понятно, раз люди готовы идти на такой шаг, значит, что-то их «цепляет» в предложении компании. Одних интересных задач недостаточно, чтобы решиться на переезд — есть первоначальные материальные потребности, которые надо удовлетворять. Компания поддерживает таких сотрудников, понимая, что помимо новой работы им надо адаптироваться еще и к новым жизненным условиям, ведь переезжают с семьями.

«Мы получаем запросы от кандидатов из стран ЕС и США, — рассказывает Александра Глазкова. — Обсуждая условия, сразу предупреждаем, что в случае договоренности их доход будет в рублях — любая привязка к иностранной валюте для нас неприемлема. Реакция на такие условия — это еще и определенный индикатор мотивации кандидатов, их реальной заинтересованности в работе».

История одной релокации

 

Израильтянин Александр Молдавский из числа тех, кто сам отправил в BIOCAD свое резюме. Его история как нельзя лучше отвечает на вопрос, почему состоявшиеся специалисты едут в Россию, покидая насиженные места.

Семья Александра уехала из России в 1991 году, когда ему было восемь лет. В те годы, уезжая за рубеж на ПМЖ, люди теряли российское гражданство. Но интереса к своей исторической родине, как и родной язык, Александр не потерял — по-русски говорит свободно.

Отслужив, как и положено, три года в армии и окончив один из лучших инженерных вузов мира — Израильский технологический университет Технион в Хайфе, Александр устроился в 2010 году в компанию «Тева», где прошел путь от простого инженера до менеджера, отвечавшего за внедрение новых технологий на всех заводах корпорации. Попутно отучился в бизнес-школе и к магистерской степени в области инженерной химии добавил степень МВА. Казалось бы, карьера развивалась успешно — за четыре года достиг топовой позиции в одной из крупнейших мировых фармкомпаний, занимался громадными проектами — на сотни миллионов долларов. Почему вдруг решил все бросить и уехать в Россию?

«В компании с оборотом в 20 млрд долл, где работают 50 тыс. человек, чувствуешь себя маленьким винтиком большой машины, — признается Александр. — Мне всегда хотелось попасть на такую должность и в такую компанию, где можно было бы начать проект с нуля и быстро получить результат. Притягивала Россия, к которой всегда испытывал большой интерес. В одном из выпусков Bloomberg узнал о биотехнологической компании BIOCAD. Возможность поработать в этой высокотехнологичной российской компании очень заинтересовала, хотя биотехнологии и не мой профиль (я специализировался на фармацевтической химии). Отправил в компанию письмо с предложением создать структуру, которая занималась бы разработкой синтетических субстанций».

Ответ Александр получил практически сразу же. Далее события развивались стремительно. После общения по скайпу с HR-ром и руководством компании приехал на собеседование в Санкт-Петербург. А спустя два дня было принято решение о создании химического департамента и назначении Молдавского руководителем новой структуры. Два месяца ушло на оформление всех документов и рабочей визы. В ноябре 2014 года он вышел на работу.

Под департамент сняли здание в 1,5 тыс. кв. метров, рекордными темпами сделали ремонт. В мае 2015-го комплекс заработал. Людей еще продолжают набирать, но костяк команды, состоящей из научных сотрудников-химиков (в основном кандидатов наук) и инженеров-химиков, уже сформировался.

«Собралась команда очень талантливых химиков-органиков — выпускников СПбГУ, МГУ, Новосибирского, Казанского и других университетов, - рассказывает Александр. - Ребята, которые занимаются инновационными разработками, очень быстро находят новые молекулы, которые можно отправлять на клинические исследования, доклинику. Думаю, через три-четыре года инновации смогут выйти на рынок и будут востребованы не только в России, но и по всему миру. Что касается разработки дженериков, призванных заменить дорогие оригинальные препараты, то за короткий срок нам удалось подготовить около десяти таких проектов. В этом году, как только получим лицензию на производство препаратов на новой площадке, сможем выпускать импортозаменители жизненно важных лекарств».

Конечно, не обходится без проблем. Одна из них связана с нехваткой инженеров-химиков — тех, кто помогает создать технологию производства нового препарата. «В России много хороших ученых в области органической химии. Я общался со многими специалистами в США, Европе, Индии, но таких талантливых химиков-органиков, как в России, нигде в мире не встречал. К сожалению, сильных специалистов в области инженерии фармацевтической химии в России мало. В российских вузах такой специализации уделялось мало внимания. Сейчас мы начали сотрудничать с университетами, чтобы помочь развивать подготовку кадров для этого направления. А пока приходится брать специалистов по нефтяной химии и самому их обучать. В команде уже десять инженеров, которые неплохо разбираются в фармацевтической химии и мировых технологиях производства», - поясняет Молдавский. 

Оправдались ли ожидания от переезда в Россию? «Каждый день с удовольствием иду на работу, чего не испытывал в последние годы, работая в прежней компании, - признается Александр Молдавский. - Мотивируют интерес к работе и перспективы развития BIOCAD. Для себя тоже вижу хорошие перспективы и с профессиональной, и с материальной точки зрения».

Александр признается, что зарабатывает в BIOCAD не меньше, чем в «Тева». Живет с семьей в центре Санкт-Петербурга в арендованной квартире, которую оплачивает компания. Летом прошлого года родился ребенок.

«Многие из моих бывших коллег и тех, с кем я учился, спрашивают: не могу ли я помочь им найти работу в России — в биофарме или другой индустрии, — делится Александр. — Специалисты с российскими корнями стремятся в Россию, чтобы работать на интересных и перспективных проектах. И это стало заметным трендом».

Молодые отечественные наукоемкие компании делают ставку на разработку собственных инноваций и открывают широкие возможности для реализации смелых научных идей и экспериментов. Запускается много новых научных проектов на стыке биологии, химии, информационных технологий. Все это стимулирует интерес к работе в российской биофарме ученых с мировым опытом.

Все новости рубрики

    следующая
    следующая
    Все новости
    все блоги
    YouDo в Санкт-Петербурге

    Лучшее в Петербурге

    «Венера», «Пётр I», «Иван Грозный» и «Мефистофель»: семь шедевров из коллекции Русского музея

    Несколько экспонатов одной из главных сокровищниц Северной столицы, которые обязан увидеть каждый.

    «84 сыра», «Пять углов», «Лососиная»: топ-5 мест с необычной пиццей в Петербурге

    Пицца из «Черепашек-ниндзя» от самого Крэнга, огромный треугольник-пепперони на четверых, бар в гангстерском стиле с шотами, а также другие места с пиццей, в которых стоит побывать.

    Львиный мост на канале Грибоедова: балерины, их поклонники и дореволюционные риелторы

    Подробности создания одного из пешеходных цепных мостов, появившихся в Петербурге два века назад.

    Как это сделано

    написать письмо

    Кофе из глины и сливки с мелом: как в царское время подделывали продукты

    Принято считать, что до изобретения консервантов и ароматизаторов вся еда была натуральная. Но фальсификация продуктов ещё в царской России была настоящей проблемой.

    Проверено на себе

    Шесть главных марафонов мира: как пробежать и кто добежал

    В мире бега бесконечное количество стартов: от нескольких метров до тысяч километров, от стадионов до горных вершин. Забеги объединяются, разъединяются, меняют названия, дистанции, логотипы и спонсоров, но самой популярной серией марафонов уже несколько лет остается World Marathon Majors – шесть главных забегов мира, которые объединились, чтобы объединять других.

    Гид по Петербургу

    Эклектика в Петербурге: средневековые башни, атланты, грифоны, пауки, всё сразу

    Яркий архитектурный стиль, который дал свободу зодчим и досыта накормил заказчиков всевозможными диковинными элементами при строительстве и перепланировке домов.

    Пресс-релизы