USD 16.08.2019 65.8907 +0.6875
USD ММВБ 00:05 65.6661  
EUR 16.08.2019 73.4550 +0.5513
EUR ММВБ 00:05 72.7807  
Нефть($) 23.08.2019 59.10 1.38
Нефть(p) 23.08.2019 3894.14 +130.61

Фильм «Аритмия» - о человеке, который счастлив в своей профессии

Основатель и директор «Петербургского медицинского форума®» Сергей Ануфриев в рамках проекта «Спасибо, Доктор®» побеседовал с Борисом Хлебниковым, режиссером фильма «Аритмия», где главный герой - врач скорой помощи.

Интервью взято в рамках масштабного федерального проекта «Спасибо, Доктор®», который посвящен преодолению кризиса доверия к врачу и российской медицине, увеличению информированности населения о положительной роли, которую врачи играют в жизни людей, а также позитивному и достоверному освещение их профессиональной деятельности. Проект существует с 2012 года и является совместным детищем Сергея Ануфриева и фотографа Дениса Несмеянова.

Фильм «Аритмия» был удостоен Гран-при и приза зрительских симпатий на XXVIII Открытом российском кинофестивале «Кинотавр», он вышел в широкий прокат 12 октября 2017 года и уже имеет оценку восемь на сайте «КиноПоиск».

Почему вы выбрали главными героями фильма «Аритмия» врача скорой помощи и врача приемного отделения? Это случайный выбор или нет?

- Мы сначала писали заказной сценарий. Мне позвонили мои друзья с телеканала ТНТ и сказали, не хочешь ли ты сделать для нас романтическую комедию, которую мы будем показывать по воскресеньям. Я подумал и через час перезвонил с предложением сделать такую комедию про двух молодых людей, которые ссорятся, ругаются, решают развестись, но у них мало денег, они молодые, а квартира проплачена на два месяца вперед.

Они решают, что один живет на кухне, а второй - в комнате. Сюжет в том, что это комедийная коллизия, драматическая история. Мы писали это неделю, а потом решили, что надо придумать им профессию. Ткнули пальцем в небо - и это стали врачи.

Когда мы решили, что они будут врачами, то мы начали изучать огромное количество документальных фильмов, стали брать интервью. Автор сценария Наталья Мещанинова смотрела около 100 серий замечательного документального фильма про скорую помощь, который вышел на екатеринбургском телевидении. Там камеры стоят в машине скорой помощи, а телевизионщики ходят с ней за врачами - очень увлекательно было смотреть.

Вдруг мы поняли, что вот сейчас, вот прямо в это время идет медицинская реформа скорой помощи – вводятся новые правила, идет сокращение врачей. Мы поняли, что мы попали в какую-то абсолютную точку драматургии, именно драматургии, где сейчас все как раз и происходит, где очень много поворотов этой истории.

Нам очень понравилось, что главный герой -  врач скорой помощи, который если и захочет изменить свою профессиональную жизнь, например, уйти из скорой помощи, то ему нужно еще переучиваться на другого специалиста два года. Фактически это тупиковая специальность с точки зрения роста карьерного. В отличие от его жены, которая врач приемного отделения, она молодая и у нее большие перспективы.

Работа скорой помощи - это очень быстрые и очень драматичные встречи с медицинскими случаями, где можно рассказать много интересного и фактурного, попасть в очень разные квартиры, очень разные ситуации и в какие-то совершенно разные социальные среды и судьбы... И романтическая комедия ушла в сторону. Мы начали писать совершенно другую историю.

Врачи, как учителя и полицейские, - это люди, которые обладают властью, и это накладывает отпечаток на их личность. Об этом много писал Мишель Фуко. При этом ваш герой оказался удивительным образом не затронут «вирусом власти». Он оказался у вас верным служителем исключительно интересов пациента, а гуманизм для него – не пустые слова. Он не боится отстаивать его перед «системой». Эта линия поведения главного героя родилась из вашего опыта, из ваших убеждений?

-Я вам скажу может быть сейчас немножко резкую вещь - я не верю только в клятву Гиппократа в любой профессии. Мне кажется, что человек может ее исполнять, только если это долг и морально-этические убеждения. Но долго он их соблюдать не сможет - может случиться эмоциональное выгорание.

Мы с Наташей Мещанинова, автором сценария фильма «Аритмия», пытались рассказать про человека, который счастлив в своей профессии и это же, правда, очень важная штука. Найти то, в чем ты талантлив, то от чего тебя собственного просто «прет», как в детстве. Это как бы продолжение детства, это некая игра, это то, чем человек невероятно увлечен. Поэтому кроме чувства долга и этики, это еще и его личное счастье от работы врачом скорой помощи.

Мы хотели показать в фильме человека, который в профессии «старше» своего возраста, с точки зрения опыта, интуиции, знаний, и одновременно намного «младше» в семейной жизни. Ему там просто, мне кажется, 13 лет. Он эгоистичной, инфантильный, совершенно не замечает то, что происходит в семье, он проблемный человек для совместной жизни. Это тоже связано с тем, что профессия «вынимает» его почти полностью, всего из жизни.

Восхищает в вашем главном герое то, что у него отсутствует чувство страха перед начальством – главным врачом подстанции, перед сложными ситуациями на работе, он многим рискует. Более того, приказы руководства оказываются второстепенными по сравнению с его служением пациенту, его видением качественной медицинской помощи. Ведь такая смелость, в том числе и в оказании медицинской помощи может аукнуться для его карьеры, для его зарплаты, даже для его свободы, но он все равно принимает решения исходя из интересов больного, а не личных интересов или интересов «системы». Он рискует многим ради пациентов. Понятно, что он не революционер, но в нем такая сила, которая реально изменяет работу системы скорой помощи.

- Для меня это очень созвучные мысли, потому что мне очень хотелось сделать главного героя -  не борца системы, не революционера, а человека, который поступает так как он считает - по-человечески, и он не замечает закона, он делает так, как это хорошо в данной конкретной ситуации, то, как ему кажется надо делать, как будет полезно для больного. Такой человек по сути по своей намного опаснее для «системы». Это человек, который идет просто поперек, совершенно ее не замечая, а при этом он работает.  Революционер стоит на трибуне и пытается заниматься политикой, а этот человек поступает так, как нужно. Это определенная степень свободы главного героя.

Это колоссальная степень свободы. Вспоминается, что врач представитель «свободной профессии» исторически. Он так и работает, он фактически не видит эту «систему» в своей профессии.

- Да, в фильме есть начальник этой подстанции скорой помощи, который как раз вводит эту новую систему: «20 минут на пациента», «доезда-недоезда» - все, что мы сейчас прекрасно знаем на своей шкуре как пациенты. Некоторые его называют плохим человеком, человеком с отрицательным знаком. Я как раз считаю, что нет, потому что он просто «эффективный менеджер». Он пришел, и ему сказали: вот столько бригад, столько вызовов, вот столько машин -  делай, что хочешь, ну собственно говоря он выполняет то, что можно при таких заданных условиях выполнить. И вопрос в том, где это зло. Зло-то не в нем. Зло в тех, кто придумал эти правила игры, вот они – настоящее,  реальное зло, абсолютно обесчеловечивающее работу скорой помощи и вынуждающие врачей халтурить, не выполнять прямые свои обязанности и быть по сути «бесплатными такси» до больницы.

Меня очень порадовало в фильме, что вы показали не врача-одиночку, идущего в разрез с требованиями чиновников, а целое отделение скорой помощи, которое исповедует эти принципы гуманизма, не боится и работает по другим правилам. Борис, а лично вы в своей жизни сталкивались с врачами, помимо тех, которые были на съемочной площадке?

- Да, я конечно сталкивался. Сильное впечатление было, когда видишь врача скорой помощи в реальной работе. Он всегда в очень стрессовой ситуации: либо тебе плохо, либо, что еще хуже, плохо твоему ребенку или родственникам. Всегда два человека, которые хмуро входят с чемоданчиком, не снимают обувь, проходят, и один из них начинает сразу писать и не поднимает голову, а второй что-то делает -  вводит какой-то укол.

Дальше, мало чего объясняя, мало разговаривая, либо уезжают, либо увозят пациента. Перед тем как они увозят, они говорят, что не понесут человек вниз, говорят: «найдите людей». А когда смотришь с другой стороны, ты понимаешь, что то количество писанины, которую нужно делать, когда врачи остаются на час-два после смены, чтобы дописать все эти бумаги - у них времени вообще не на что нету. Почему врачи так мало разговаривают с больными? Потому что они выполняют тот санитарный минимум, который они могут сделать в этих условиях.

Недавно мне позвонили в дверь и попросили снести соседку с пятого этажа, и это была хрупкая женщина, которую мы несли на носилках вниз. Понял, что если бы я так пронес раза четыре, то просто бы сорвал бы себе спину. Все объясняется по-другому, когда ты видишь это изнутри. Да, это плохо, но это совершенно не вина врачей. Это вина вот этих адских законов, которые действительно одних людей заставляют выгорать очень быстро и стать абсолютно равнодушными, а вторым - просто мешают хорошо работать.

Борис, в рамках проекта «Спасибо, Доктор®» я всегда традиционно спрашиваю: чтобы вы пожелали врачам?

- Не знаю, что пожелать докторам, потому что, столкнувшись с этой темой, я начинаю ее как-то, чуть-чуть, хотя бы понимать. Как на самом деле происходит дело. Я понимаю, что осудить любого доктора я совершенно не могу. Те условия, те зарплаты, на которые они трудятся они направлены только на то, чтобы человек как можно быстрей испортился и стал плохим врачом. Просто очень тяжело оставаться приличным человеком в этих условиях. Пожелать остаться в этих условиях приличным человеком я тоже не могу, потому что с моей стороны это было бы тоже довольно цинично. Поэтому могу только сказать словами премьера Дмитрия Медведева – вы держитесь тут…

Борис, спасибо вам за хороший фильм и интервью. До встречи.

Все новости рубрики

    следующая
    следующая
    Все новости
    все блоги
    YouDo в Санкт-Петербурге
    Доставка еды - Достаевский

    Лучшее в Петербурге

    От дорогой гостиницы до коммуналок: история дома Перцова на Лиговском проспекте

    Сто лет назад дом у Московского вокзала считали одним из самых красивых в Петербурге. Сейчас его жители жалуются на состояние здания, которое давно не приводили в порядок.

    Блюдо гурманов: где в Петербурге отведать устриц

    В Северной столице можно попробовать устрицы, которые будут не менее вкусными, чем в других странах.

    Сделайте погромче: где в Петербурге продают виниловые пластинки

    Стриминг-сервисы вроде «Яндекс.Музыки» или Apple Music превратились в самый удобный способ слушать любимые песни. Но старый добрый винил никуда не исчез, и его легко можно купить в петербургских магазинах.

    Как это сделано

    написать письмо

    Где разрешено купаться в Петербурге и Ленобласти

    Жара под +30 градусов – лучшее время, чтобы искупаться где-нибудь на природе. «Санкт-Петербург.ру» рассказывает, где в регионе можно это сделать и какие правила нужно соблюдать.

    Проверено на себе

    Шесть главных марафонов мира: как пробежать и кто добежал

    В мире бега бесконечное количество стартов: от нескольких метров до тысяч километров, от стадионов до горных вершин. Забеги объединяются, разъединяются, меняют названия, дистанции, логотипы и спонсоров, но самой популярной серией марафонов уже несколько лет остается World Marathon Majors – шесть главных забегов мира, которые объединились, чтобы объединять других.

    Гид по Петербургу

    Первый многоэтажный магазин в России: история универмага «У Красного моста»

    Обслуживание императорской семьи, работа в качестве филиала Центральной швейной фабрики и Au Pont Rouge – «Санкт-Петербург.ру» рассказывает, каким в прошлом был один из главных магазинов Северной столицы с товарами премиум-класса.

    Пресс-релизы